21.11.2013     Вторая мировая война >> Инженерное дело и фортификация

Фортификационные сооружения с танковыми башнями

Реконструкция ДФС с танковой башней Т-26 в экспозиции комплекса

Реконструкция ДФС с танковой башней Т-26 в экспозиции комплекса "линия Сталина"

Считать основной формой форти­фикационной подготовки границ госу­дарства к войне не крепость, в укре­пленный район» (из решения после доклада А.С. Хмелькова в 1927 г.)

Развитие фортификационной науки об укреплении приграничных рубежей России не­разрывно связано с развитием форм и спосо­бов ведения боевых действий, которые, в свою очередь, взаимосвязаны с достижениями нау­ки в создании вооружения и военной техники. Средства поражения и средства защиты всегда соответствовали и соответствуют категории «единство и борьба противоположностей».

Средства поражения развиваются более динамично и, как правило, опережают уровень развития средств защиты. История войн пока­зывает, что применению такого средства поражения, как артиллерийский снаряд (фугасный, подкалиберный, бронебойный, бетонебойный, кумулятивный и др.), соответствовало адек­ватное противодействие в виде защитной кон­струкции из различных материалов (земля, ка­мень, металл, броня, железобетон и др.).

Укреплению границ и приграничной полосы вo все времена отводилась особая роль в обе­спечении защиты государства. Формы и спо­собы укрепления границ менялись с течением времени в соответствии с развитием средств вооруженной борьбы: сторожевые заставы, кордоны, стены, крепости, форты, укреплен­ные районы, районы обороны и пр.

Первоначально укрепленным районом (УР) называлось «Сочетание нескольких крепостей, находящихся во взаимодействии и образующих общую группу». УР возникли еще в конце ХIХ в., но распространений тогда не получила. Только после Первой мировой войны, когда система прикрытия границ линией крепостей была признана неэффективной, появились предложения о создании вдоль границ сплошных глубоких полос (полос прикрытия), состоящих из УР. Од­нако под УР стали понимать рубеж, имеющий определенное протяжение по фронту и глубину (в зависимости от оперативных задач, возла­гаемых на УР, и естественных географических условий), заблаговременно подготовленный средствами долговременной фортификации к длительной борьбе постоянного гарнизона и совместно с ним полевых армий.

В современной трактовке УР — «Это район (полоса) местности, оборудованный системой долговременных и полевых фортификацион­ных сооружений в сочетании с различными инженерными заграждениями и подготовлен­ный для длительной и упорной обороны спе­циально предназначенными войсками само­стоятельно или во взаимодействии с обще­войсковыми частями (полевыми войсками)».

Фортификационные школы Франции, Германии и России заложили теоретические основы устройства и применения УР и прак­тически их реализовали уже в 1920—1940 гг. Доклад С.А. Хмелькова в 1927 г, на совещании при оперативном управлении штаба Красной Армии стал отправной точкой в принятии стратегического решения по развитию и при­менению укрепленных районов как основной формы заблаговременного прикрытия госу­дарственной границы страны: «Считать основ­ной формой фортификационной подготовки границ государства к войне не крепость, а укрепленный район».

К началу и в период строительства УР в нашей стране и за рубежом уже были созданы или возводились оборонительные линии: «Гинденбурга» (1916—1917 гг.),  «Маннергейма» (1920-1939 гг.), «Мажино» (1929-1934 гг., совершенствовалась до 1940 г.), «Зигфрида» (1936—1940 гг.). Формы укрепленных райо­нов (линия, полоса, вал, позиция, район, зона, узел) соответствовали своему времени и со­держанию (характеру): долговременные фор­тификационные сооружения (ДФС) для веде­ния огня из пулеметного и артиллерийского вооружения, ПДОТ (пулеметная долговре­менная точка), ОПДОТ (орудийно-пулеметная долговременная огневая точка), АК (артил­лерийский капонир), АПК (артиллерийский полукапонир), а также фортификационные сооружения открытого типа для частей и под­разделений полевого заполнения и промежут­ков между УР. Многообразие конструктивных решений ДФС было обусловлено тем, что они составляли основу (««архитектуру») укреплен­ных районов, систему противопехотного и противотанкового огня, что должно было обе­спечивать неприступность обороны рубежей приграничной полосы.

В 1920-е гг, развитие и становление бро­нетанковой техники, отводимое место танкам в боевых действиях, тактика применения тан­ковых подразделений и частей привели к переоценке роли укрепленных районов по прикры­тию государственной границы и значению в них ДФС для ведения артиллерийского (противо­танкового) огня. Строительство УРов и приме­нение в них танков и танковых башен условно можно разделить на следующие периоды:

  • первый период – 1928— 1938 гг.;
  • второй период – 1938—1941 гг.;
  • третий период – 1941-1955 гг.;
  • особый период –1960— 1990 гг

 

ПЕРВЫЙ ПЕРИОД

Началом первого периода следует считать приказ №90 Реввоенсовета СССР от 19 марта 1928 г., в соответствии с которым по програм­ме фортификационной подготовки границ государства к войне на важнейших операци­онных направлениях началось строительство первых укрепленных районов: Карельского, Кингисеппского, Псковского, Полоцкого, Мин­ского, Мозырьского, Коростеньского, Новоград-Волынского, Летичевского, Могилев-Ямпольского, Киевского, Рыбницкого и Тираспольского, которые составили стратегиче­скую линию обороны с западного направления (в материалах немецко-фашистской пропа­ганды того времени эту линию называли «Ли­ния Сталина»).

В этот же период по приказу РВС СССР №007 от 25 февраля 1932 г было создано Дальневосточное (Хабаровское) управление инспектора инженерных войск РККА. Под его контролем возводились Гродековский. Усть-Сунгарский, Благовещенский, Забайкальский, Нижнеамурский, Барабашский, Полтавский и Де-Кастринский УРы,

В 1932 г. был сформирован Забайкальский укрепленный район, первую линию укреплений которого построили к 1937 г. В 1939 г было принято решение о строительстве новой линии укреплений. В 1941 г. Забайкальский УР переи­меновали в Борзинский УР и включили в состав Даурского УР.

В соответствии с Постановлением от 27 мая 1933 г. «О мероприятиях первой очереди по усилению ОКДВА» началось оборонительное строительство восточных рубежей, которое предусматривало возведение сооружений для укрепленных районов, дорог бензохранилищ. складов, береговых батарей. Для разверты­вания оборонительных работ в конце января 1934 г. в состав ОКДВА влился отдельный кор­пус военно-строительных частей Народного комиссариата тяжелой промышленности СССР. В 1939 г продолжилось формирование Камчат­ского укрепленного района.

В 1938 и 1939 гг на западной границе нача­лось строительство еще восьми УРов: Остров­ского, Себежского, Слуцкого, Шепетовского, Староконстантиновского, Остропольского, Каменец-Подольского. К сожалению, готовность линии укреплений в 1938 г. составила 45,5%, а в 1939 г - лишь 59,2%

Основу фортификационного оборудования (долговременной фортификации) укрепленных районов первого периода строительства со­ставляли в основном пулеметные и частично орудийные ДФС, которые были вооружены ка­зематными пулеметами «Максим» и казематными орудийными установками обр. 1932 г на лафете «Красный Путиловец». В 1938-1939 гг увеличилось количество ору­дийных (с противотанковым вооружением) ДФС и было проведено переоборудование пулеметных сооружений в орудийные (артиллерийские). Си­стема противотанкового огня УР была эшелонирована по фронту и глубине. Получили развитие конструкции специ­ального казематного пулеметного и артиллерийского воору­жения (НПС-3, ДОТ-4, Л-17 и др.) сооружений ОПДОТ, АК и АПК. Активно велись разработ­ки новых броневых артиллерийских и пулемет­ных башенных установок для ДФС укрепленных районов (БУР-45,БУР-76 и др.).

Однако в конце 1939 г. строительство почти прекратилось, Это было вызвано принятием и реализацией военно-политического решения в связи с изменением государственной грани­цы CCCР. Основные силы и средства бросили на подготовку и строительство укрепленной линии под неофициальным названием «Линия Молотова». Решением Главного военного сове­та Красной Армии от 15 ноября 1939 г. штатную численность войск старых УР сократили более чем на треть, С долговременных фортифика­ционных сооружений некоторых УРов частично стали снимать артиллерийское вооружение, а другие ДОТы частично законсервировали.

Документы свидетельствуют, что соору­жения, возведенные до 1939 г в укрепленных районах на старых границах в ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО и КОВО не были доведены до пол­ной боевой готовности. Большое количество построенных ДФС не получило вооружения и оборудования. Однако в планах стратегиче­ской обороны считалось «необходимым довести» построенные УРы «до полной боевой готовности, с тем чтобы они составили прочно укрепленный тыловой рубеж. К сожалению, не­которые начальники смотрели на укрепленные районы, как на отжившие и утратившие свое оперативно-тактическое значение», что привело в отдельных округах к самочинному про­изводству работ по консервации УР».

Начало строительства укрепленной «Линии Молотова» в 1939 г. на новой границе можно считать началом второго периода строитель­ства. На востоке продолжилось формирование Камчатского укрепленного района (Камчатский оборонительный район (КОР) ДВФ).

При строительстве укрепленных районов на новой границе остро проявился дефицит ка­зематных артиллерийских орудий. Этот вопрос частично решался путем снятия казематных орудий с ДФС, возведенных на старой границе, и установкой их во вновь возводимые сооруже­ния. Для поддержания и обеспечения прочного укрепленного тылового рубежа на старой гра­нице «Линии Сталина» было принято решение использовать танки и танковые башни. Тем бо­лее что к этому времени танкостроение в нашей стране достигло определенных успехов.

Танк Т-18, установленный в котлован без обсыпки грунтом

Танк Т-18, установленный в котлован без обсыпки грунтом

Основу танкового парка РККА к началу 1930-х гг. составлял легкий танк Т-18 (МС-1). Он серийно производился с 1928 по 1931 г. Было выпущено 959 танков этого типа, не счи­тая прототипа. Они применялись в бою в кон­фликте на КВЖД. С 1931 г. основным танком становится Т-26, который был создан на основе английского «Виккерс 6-тонный» и находился в производстве до 1941 г.

Следует учитывать, что ограниченные воз­можности, весьма сжатые сроки оборонитель­ного строительства и дефицитность брони не позволили в предвоенный период обеспечить поставку фортификационных бронебашен ори­гинальной конструкции в нужных количествах, а также разработку и производство специаль­ных орудийно-артиллерийских установок для вооружения ДФС на наиболее ответственных направлениях.

В связи с этим было решено создавать бронебашенные установки с использованием танковых башен путем их переоборудования для эксплуатации в условиях стационарных фортификационных сооружений, возводимых на оборонительных рубежах. Это направление являлось наиболее перспективным и эффек­тивным, особенно в условиях дефицита време­ни на подготовку пограничных рубежей к войне. Кроме того оно обеспечивалось наличием массового производства танковых башен и возможностью использований «задела» и бра­ка, являющихся неизбежными спутниками тан­ковой промышленности.

Возможность использования переобору­дованных танковых башен с морально и физически устаревших танков и самих танков в качестве долговременных огневых точек (ДОТ, ТДОТ) считалось целесообразным по целому ряду соображений, в том числе и экономиче­ского характера.

При сравнении танковых башен с каземат­ными установками эффект применения был очевиден. Танковые башни были способны вы­полнять более многообразные огневые задачи, при этом достигалась наиболее целесообраз­ная ф

Огневая точка с башней PzKpfw38(t)Огневая точка с башней PzKpfw38(t)

орма сооружения. Они обеспечивали вы­сокую маневренность траектории огня в кру­говом секторе и низкую посадку сооружения, что вместе с малогабаритностью башни давало возможность эффективной маскировки соору­жения и гарантировало высокую устойчивость к артиллерийскому огню.

Бронебашни танков, установленные в ДФС, относились к системе жесткой конструкции, так как в них отсутствовала система упругих связей (подкреплений), роль которой выполняло ста­ционарное основание.

Широкому применению танковых бронебашен при их соответствующем переоборудовании способствовали также имеющиеся промышленные возможности, использование штатного оружия, боекомплекта и оборудова­ния, а также возможность обеспечения ком­плектности подачи (подвозки) к месту строи­тельства и использование существующего народнохозяйственного и войскового транс­порта. Кроме того, допускалась возможность использования трофейных танковых башен при наличии типового комплекта переходных дета­лей крепления башни к стационарному основа­нию (боевому покрытию).

Как уже отмечалось, ограниченные воз­можности первого периода оборонительного строительства фактически предопределили типы конструкций и вооружение строившихся УР. Любое другое решение в то время являлось весьма затратным.

Дефицит казематных артиллерийских ору­дий для ДФС в укрепленных районах, как указывалось выше, нехватка противотанковых орудий, большие затраты на перевозку и переплавку большого количе­ства снятых с вооружения бое­вых машин привели к принятию решения о применении танко­вых башен (танковых корпусов) в ДФС, танков в качестве фор­тификационных сооружений и, в конечном итоге, как непод­вижных бронированных огне­вых точек (НБОТ).

Началом применения тан­ковых башен в качестве про­тивотанковых орудий можно считать:

  • решение К.Е. Ворошилова о строительстве в 1931 г десяти из 21 запланированных противотанковых точек в По­лоцком УРе;
  • выводы из протокола о результатах реког­носцировки МиУРа под руководством Уборевича о строительстве девяти противотанковых сооружений;
  • изготовление и поставку в Минский УР танковой башни с 37-мм пушкой (ПС-2) боль­шой мощности Ижорским заводом (1932 г);
  • запрос инженерного отдела БВО в УНИ РККА на рабочую документацию типового проекта сооружения, который был разработан в середине 1932 г;
  • содержание рапорта помощника Началь­ника инженеров РККА Смирнова по результа­там поездки в Минский УР от 8 июля 1934 г.

Из содержания рапорта видно, что долго­временные фортификационные сооружения с танковыми башнями уже были построены к лету 1934 г., так как в нем отмечается отсутствие бронеплит на огневых точках с башнями танков Т-26. Таким образом, началом примене­ния танковых башен в долговременных форти­фикационных сооружениях УРов следует счи­тать 1932 год.

В 1936 г. НИИИ РККА провел войсковые испытания ДФС с бронебашней Т-26 в Мозырьском УР, которые завершились успешно. В 1938 г. результаты этих испытаний были за­креплены разработкой типовых проектов дол­говременных фортификационных сооружений с танковыми башнями, а также нашли отражение в практическом руководстве полевой форти­фикации ПФ-39 (4.2) по применению танковых башен и корпусов танков.

Использование танковых башен и танковых корпусов при полевом оборудовании позиций, районов и в укрепленных районах в качестве ДФС имело свои особенности. Возводимые сооружения отличались конструкци­ей, сроками строительства и задачами, кото­рые на них возлагались. Так, башни и корпуса танков при полевом оборудовании предна­значались «... для ведения автоматного, ру­жейного и пулеметного огня... и при хорошем применении к местности башни и корпуса танков служат огневыми сооружениями раз­личной степени защиты...» Для укрепления местности рекомендовалось использовать башни и корпуса трофейных и поврежденных танков, которые могли «устанавливаться неподвижно или, при возможности исполь­зования танкового механизма вращения, - с круговым обстрелом». В качестве основания подбашенных помещений (казематов) башен использовался лесоматериал, бутобетон, бе­тон и пр.

Долговременное фортификационное соо­ружение с танковой башней в УРах относилось к тяжелому типу (по существующей классифи­кации того времени).

Защитная конструкция (покрытия, стены, фундамент) ДФС с башней танка возводилась из железобетона. Причем толщина защитных конструкций гарантировала защиту гарнизона от прямого попадания фугасных снарядов и авиационных бомб.

Танковая башня обеспечивала защиту в основном от пуль и осколков, лобовая броня башни и шаровая маска орудия должны были соответствовать защите от прямого попадания боеприпасов калибра 37—45 мм. В целом, эф­фективность такого сооружения достигалась малыми размерами башни, умелым вписыва­нием в местность (посадкой на местности) и маскировкой. Кроме того, существовали решения по экранировке башен дополнительны­ми броневыми листами, увеличением высоты барбета (защита погона башни), которые, как правило, практически не устраивались.

 

ВТОРОЙ ПЕРИОД

К началу 1938 г танки Т-18 достигли крити­ческой степени износа. В строю к тому времени оставалось 862 танка, включая 160 переданных в 1934—1937 гг в распоряжение укрепленных районов Ленинградского военного округа для строительства долговременных огневых точек. Распоряжением наркома вооружений танки Т-18 сняли с вооружения, 700 из них передали в распоряжение укрепрайонов военных округов, а также народному комиссариату ВМФ.

Переоборудование танков Т-18 в огневые точки растянулось вплоть до войны с Герма­нией. При возведении фортификационных сооружений основание установки под танки и танковые башни предполагалось строить из железобетона с соответствующими пристрой­ками и оборудованием (системой вентиляции и переговорных устройств). Однако в отношении танков Т-18 и их башен эти требования не всег­да соблюдались. Танки просто устанавливали в котлован и обсыпали грунтом, ставили «в заса­ду» с использованием рельефа местности или на открытой местности без какой-либо маскировки и без дополнительного боекомплекта.

В докладной записке повторной инспек­ции УРов старой границы, которая проводилась в апреле—мае 1941 г. представителями Генерального штаба Наркомата обороны и ЦК ВКП(б) сообщается: «Несмотря на неодно­кратные указания о необходимости сооружения скрывающихся орудийных и пулеметных башенных установок, для чего в распоряжение инженерного управления было передано бо­лее 300 танков Т-18 и Т-26, ни одной установки в настоящее время в наличии нет, а танковые башни установлены на закопанные в землю танковые корпуса, иногда дополнительно небрежно забетонированные. Системы жизнео­беспечения в таких бронебашенных установках отсутствуют».

В 1939-1940 гг на Дальнем Востоке на­чалось строительство Даурского, Иманского, Славянского и Шуфанского укрепленных райо­нов, а также продолжалось строительство ра­нее сформированных УРов.

Всего к 1941 г, было построено (в разной степени готовности) около 40 УРов в Европей­ской части и 13 УРов на Дальнем Востоке CCCР. Установка танковых башен и танков в качестве ДОТ в основном производилась на западных границах СССР. Так, например, в составе Осовецкого УР (район крепости Осовец на Белостокском выступе), занимавшего по фронту по­рядка 35 км, было возведено 36 бронебашен­ных установок с 45-мм пушками, в том числе с башнями от танков Т-18 и Т-28.

На Дальнем Востоке танковые огневые точ­ки (ТОТ) на базе танков Т-1В с 37-мм противо­танковой пушкой и двумя пулеметами были установлены в Посьетском УРе — 18 ТОТ, Гродековском и Полтавском УРах — по 14 ТОТ. Эти танковые огневые точки представляли собой врытые в землю танки Т-18, устанавливавшие­ся в каменнобутовый фундамент.

Укрепленные районы, к строительству ко­торых приступили в 1940—1941 гг, отличались от старых схемой построения полос обороны, конструкцией долговременных сооружений и значительно большим удельным весом орудийных сооружений противотанковой обороны.

Первый и второй периоды характеризова­лись созданием и развитием теории примене­ния и практикой строительства укрепленных районов, становлением экспериментальной основы теории укреплений, конструирова­ния специального вооружения и сооружений УРов, у истоков которых стояли К.М. Величко, С.А. Хмельков, Д.М. Карбышев, Г.Г. Невский, К.И. Унгерман и другие. Накопленные знания максимально учитывали ранее разработан­ные Генеральным штабом царской России прогрессивные направления и идеи в развитии и применении укреплений, передовые идеи и опыт в области строительства укрепленных районов, в первую очередь Франции и Германии. Дальнейшее развитие получи­ло оперативное искусство в об­ласти применения укрепленных районов при развязывании вой­ны (ведении оборонительных и наступательных операций, сражений Красной Армии с опорой на укреплен­ные районы). В номенклатуре долговременных и полевых фортификационных сооружений появились сооружения с танковыми башнями и танками (ТОТ, ДТОТ).

Без преувеличений можно сказать, что бронебашни предвоенных разработок являлись уникальными образцами отечественной бронетанковой техники и фортификационных сооружений.

В начальный период войны, ввиду незавершенности строительства укрепленных районов на новой границе, а также в силу ряда других причин они не выполнили своего предназначения по прикрытию государственной границы: противнику на большинстве направлений удалось с ходу преодолеть полосу прикрытий. Только отдельные укрепрайоны сумели частично задержать его наступление. «Нет никакого сомнения, — писал Маршал Со­ветского Союза И.Х. Баграмян, — что если бы нам до полного ввода в строй новых укреплен­ных районов удалось сохранить боевую готов­ность старых укрепленных районов, то это не­измеримо повысило бы оборонительные воз­можности войск».

Наглядным подтверждением могут слу­жить упорные бои в Осовецком, Владимиро-Волынском, Минском и Киевском УРах. Здесь наравне с орудийными ДОТами использова­лись огневые точки с башнями и танками Т-18 и Т-26. Киевский УР, в котором были установ­лены ТОТ из снятых с вооружения 135 танков, сыграл особую роль в отражении вражеского наступления. Наиболее известен факт боя эки­пажа в составе сержанта Гвоздева и рядового Лупова 23 июня 1941 г, которые из огневой точ­ки с 45-мм орудием, установленной для охраны моста на реке Друть (близ населенного пункта Белыничи}, подбили три немецких танка, один бронетранспортер, несколько автомобилей и рассеяли до роты пехоты. Наступление против­ника на этом участке задержали почти на сутки. Экипаж был представлен к орденам Боевого Красного Знамени.

Опыт первых сражений свидетельствовал о том, что боеспособные укрепрайоны являлись для наступавших вражеских войск весь­ма серьезной преградой. Однако незавершенность работ, начатых в предвоен­ные годы, несвоевременность полного развертывания специальных частей и полевых войск, их недостаточная укомплектованность   артиллерийским   (противотанковым) вооружением свела на нет эффек­тивность боевого применения укрепрайонов в начальный период Великой Отечественной войны. Сведения о боевом применении ДОТ с танковыми башнями в Великой Отечественной войне в основном имеют эпизодический (отры­вочный} характер.

Результаты оборонительного строитель­ства первого и второго периодов в целом не оправдали ожидаемую эффективность исполь­зования укрепленных районов приграничной полосы, особенно в начальный период войны, на которую рассчитывало правительство и во­енное руководство страны.

Необходимо отметить, что до начала войны взгляды на построение системы обороны в приграничной полосе, применение укреплен­ных районов и их теоретические положений, разработанные советскими фортификацион­ными школами, не в полной мере нашли своевременное понимание и не были реализованы при оборонительном строительстве пригра­ничной полосы. Неоднозначность и противоре­чивость в развитии, становлении и реализации концепции советской военной доктрины при­вело к непоправимым ошибкам, распылению сил и средств и, в конечном итоге, к тяжелым людским и материальным потерям в начальный период войны.

 

ТРЕТИЙ ПЕРИОД

Третий период оборонительного строи­тельства охватывает годы войны (с 1941 по 1945 гг) и послевоенное время (с 1945 по 1955 г).

В 1941—1943 гг осуществлялась широкое строительство оборонительных рубежей, ко­торые включали в себя укрепленные районы, узлы обороны, районы обороны и пр. С началом войны отдел укрепленных районов Генерально­го штаба был развернут в управление, которое стало заниматься вопросами рекогносцировки рубежей и посадки сооружений, выпуском со­ответствующих инструкции, разработкой типо­вых проектов сооружений и рекомендаций по их использованию.

Для ведений боевых действий на вновь построенных оборонительных рубежах формировались пулеметно-артиллерийские бата­льоны, которые организационно сводились в укрепрайоны, насчитывающие от пяти до семи таких батальонов.

С созданием стратегических рубежей по единому плану Генерального штаба увеличился объем работ по инженерному обору­дованию и содержанию укрепленных линий в тылу действовавших фронтов. В связи с этим на основании постановления ГКО от 13 октя­бря 1941 г. был создан единый центральный орган руководства оборонительным строительством — Главное управление оборони­тельного строительства (ГУОС) при НКО Для оборонительного строительства на фронтах, новых стратегических и операционных на­правлениях, тыловых рубежах центральному органу были подчинены фронтовые и армей­ские военно-полевые строительства.

Вот некоторые примеры выполненных объ­емов инженерных работ на оборонительных ру­бежах. Только на Пулковском рубеже в течение двух недель усилиями ленинградцев и воинов было построено 22 батальонных района обо­роны, 60 км противотанковых препятствий и проволочных заграждений, 520 огневых точек. Среди них было 300 броневых установок, в том числе и с применением танков, танковых кор­пусов и башен.

В 1942 г рубежи на подступах к Москве обороняли 55 пулеметно-артиллерийских батальонов, которые по сравнению с пограничными укрепрайонами вполне оправдали себя. В ходе войны было установлено большое количество пулеметных железобетонных и металлических колпаков, огневых точек на базе танковых ба­шен и танковых корпусов.

На рубежах Московской зоны обороны были построены: 361 км противотанковых рвов, 336 км эскарпов, 106 км надолб, 571 пушечный ДОТ, 3255 пушечных ДЗОТов, 3755 пулеметных ДОТов и ДЗОТов, 611 км проволочных заграж­дений, образовано 1518 км лесных завалов. Значительные работы были выполнены и в са­мой Москве: создано 30 км надолб, поставлено 19 тыс. ежей, 25 км проволочных заграждений, возведено 10 т баррикад и 496 артиллерий­ских и пулеметных точек в домах.

В июле при прорыве противника на ст. Абганерово и Тингута по приказу начальни­ка инженерных войск Красной Армии генерала М. Воробьева военные строители в течение двух суток выезли из Красноармейска 400 корпусов танков и танковых башен и установили их на рубеже ст. Тундутово, Карповка, Котлубань, Конная. Работы выполнялись под посто­янным огневым воздействием противника. «В ходе боевого задания погибли начальник 92-го УВПС военинженер 2 ранга Чаплин, комиссар 96-го УВПС старший политрук Нестеров, ко­миссар 325-го УВСР политрук Чернов».

В середине июля 1942 г севернее Сталинграда началась строительство рубежа «А». Полным ходом велись работы по развитию и восста­новлению первой очереди рубежа «О». Для обеспечения высокой эффективности обо­ронительных сооружений, кроме противотанковых препятствий, строились ДЗОТы и лишь на некоторых участках использовались бронированные колпаки, сборные железобетонные и цельнометаллические конструкции, имевшиеся на заводах Сталинграда. На строительстве второй очереди рубежей «О», «К» и «С» сборные железобетонные —- и цельнометаллические огневые точки получили более широкое применение. По указанию обкома ВКП(б) на строи­тельство рубежей было передано с трактор­ного завода (директор - КА Задорожный) более 400 поврежденных танковых корпусов и 380 танковых орудийных башен, с завода, «Крас­ный Октябрь» (директор — П.Л. Матвеев) — бо­лее 750 броневых колпаков, с других заводов – около 1700 железобетонных колпаков и других конструкций.

Период Великой Отечественной войны ха­рактеризовался более широким применением фортификационных сооружений с танками, танковыми корпусами и башнями при инженер­ном оборудовании оборонительных рубежей на всех важных стратегических и операционных направлениях. При этом максимально исполь­зовался опыт довоенного строительства по типовым проектам, наставлениям и рекомен­дациям. Учитывались также результаты исследований и практические предложения ученых и инженеров, которые продолжали работы в об­ласти оборонительного строительства, повышения защиты и эффективности применения фортификационных сооружений.

Одним из факторов, способствовавших тех­ническом у оснащению оборонительного стро­ительства, стало развитие военно-инженерной науки, в частности, фортификационной. Следует отметить, что уже в начальный период войны изменился характер фортификационного обо­рудования позиций и районов. Войска в оборо­не перешли к траншейной системе построения позиций и районов. Технология строительства ДФС из монолитного железобетона постепен­но вытеснялась технологией строительства из сборного железобетона. После войны она ста­ла основной, получила дальнейшее развитие и широко использовалась в оборонительном строительстве.

Уже в ходе войны фортификация опреде­лила основные направления технических решений по оборудованию укрепленных районов. За короткие сроки были созданы новые закры­тые огневые и наблюдательные сооружения из заранее заготовленных деталей, несколько типов железобетонных колпаков, сборные железобетонные сооружения из балок и блоков. Были разработаны способы использования в фортификационных сооружениях башен совет­ских Т-26, БТ-5, БТ-7, Т-34 и трофейных танков. Активно велась проработка вопросов по созда­нию новых и совершенствованию бронебашенных установок для оборудования укрепленных районов и бронезакрытий и бронеколпаков для полевых позиций. Следует отметить, что боль­шая работа в этой области была проведена Центральным проектным инженерным инсти­тутом Сухопутных войск им. Д.М. Карбышева (ЦНИИ СВ), 43 Отдельным конструкторским бюро под руководством М.Н. Кондакова, Научно-испытательным инженерным институтом КА.

Хотя применение танковых башен и тан­ков в качестве ТОТ УРов, как говорилось выше, было вызвано различными факторами, но, на взгляд автора статьи, это решение «лежало на поверхности». Инженерно-техническая мысль не могла пройти мимо этой идеи, так как неза­висимо от разработчиков бронебашен для ДФС (специальное вооружение УРов), по танковым башням (танкам) уже имелись теоретический и опытный заделы. Боевая и экономическая эффективность применения танковых башен была очевидна. Обстановка и время заставили найти и реализовать эту идею в хода оборонительного строительства укрепленных районов, рубежей и полос.

Следует отметить, что термин «вкопанный танк» стал обиходным, но не являлся термином фортификационного оборудования УР (впо­следствии в боевых уставах, наставлениях и руководствах закрепился термин «окоп для танка»). Забегая вперед, скажем, что в 1960-е гг. появились следующие установочные термины: для танка — неподвижная танковая огневая точка» (отдельно – НТОТ, в составе роты - РТОТ), а для башни танка – «сооружение с танковой башней»; при применении башен в составе взвода — ВТБ (взвод танковых башен) и РТБ (рота танковых башен).

Таким образом, в первом и втором перио­дах оборонительного строительства техническая идея о применении танковых башен и танков в качестве фортификационных соору­жений практически реализовалась в некоторых укрепленных районах. В начале и в ходе войны (третий период) использование танковых ба­шен и танков в качестве ТОТ (ДТОТ) получило дальнейшее развитие, подтвердило их целе­сообразность и эффективность при ведении оборонительных действий.

За рубежом, особенно в Германии, в ходе Второй мировой войны идея применений танко­вых башен и танков также нашла свое отражение при оборонительном строительстве Атлантиче­ского вала «линии Зигфрида», при организации оборонительных рубежей, районов и обороны городов в ходе отступления немецких войск.

Началом применения танковых башен в качестве огневых точек в оборонительной си­стеме Германии можно считать конец 1939 г и начало 1940 г, а местом – Атлантический вал, построенный в период 1940 – 1944 гг. на территории Норвегии, Дании, Бельгии, Нидерландов, Германии, Франции и Нормандских островов.

Так, при организации и строительстве в Норвегии береговой обороны Бергена и Трон­хейма, на острове северо-западнее Кристиан-сунна для противодесантной обороны, обору­дованной в мае 1940 г. позиции торпедной ба­тареи «Рутледал», были возведены сооружения с танковыми башнями, вооруженными пушками 5 cm KWK.

В 1940 г. немцам в качестве трофеев доста­лось большое количество французских танков. Они использовались как по прямому назначе­нию, так и для обучения танкистов и в качестве артиллерийских тягачей, а снятые башни тан­ков были установлены на Атлантическом валу в огневые точки типа «Тобрук» (Ringstand). Kpowe того, в качестве огневых точек применялись и башни других типов танков.

Большинство опорных пунктов Атлантиче­ского вала обычно включало несколько огневых точек типа «Тобрук», которые применялись как наблюдательные и огневые (пулеметные, минометные, орудийные).

Универсальные позиции типа

Универсальные позиции типа "Тобрук" для танковых башен

Ringstand («Тобрук») – долговременное фортификационное сооружение, предназначенное для наблюдения и ведения кругового огня, в котором, как правило, боевое отделе­ние (подбашенное помещение) было кольце­вого очертания. Основу сооружения составлял боевой каземат, включавший танковую башню, подбашенное помещение и вход с выходом в траншею.

На Атлантическом валу также применялись малые огневые сооружения (стальные купола) на одного человека, выполненные по подобию танковых башен.

Вот только некоторые примеры примене­ний огневых точек с танковыми башнями. Так, позиция батареи «Мон Канмзи» представляла собой небольшой укрепленный район, в кото­ром были возведены огневые точки типа «Тобрук» с 37-мм башнями танков R-35 и одно соо­ружение с башней танка с пушкой 5 cm KwK.

Батарею «Рива Белла» с вооружением из шести 155-мм французских пушек K.420(f) защищали шесть 75-мм полевых пушек типа F.K.38 и FK.231, шесть башен от танков R-35     с 37-мм пушками и четыре 50-мм пушки KwK L/60 в казематных установках.

Во второй половине 1943 г. появились танковые огневые точки с башнями танков Pz V «Пантера» Ausf.A и Ausf.D. Для оборонительных целей были разработаны два типа танковых ог­невых точек: с основанием из стальных листов и из железобетона. В дальнейшем появилось стандартное бронированное основание. Для ТОТ использовались стандартная или специально модифицированная башня «Пантеры».

В  модифицированной  башне отсутствовала командирская башенка (вместо нее ставился простой люк с перископом), а толщина брони крыши была увеличена до 40 мм, что повы­шало защиту гарнизона ТОТ.

Большинство танковых ба­шен было размещено в систе­ме укреплений Атлантического и Западного валов, в Италии и лишь небольшое количество на Восточном фронте.

Боевое применение ТОТ с башнями танков Pz V «Пантера» показало, что они являлись эффективным оружием оборо­ны, что достигалось малыми размерами ТОТ и применением 75-мм пушки, которая обладала превосходной баллистикой и бронепробиваемостью.

Огневая точка с башней танка

Огневая точка с башней танка "Пантера" на перекрестке улиц. Германия. 1945 г.

Высокая эффективность огневых точек с башнями танков от Pz V подтвердилась е ходе городских боев в Германии. В городах пере­крестки улиц и подходы к опорным узлам защи­щали ТОТы с башнями танков Pz V, а также вкопанные танки. В них подбашенное помещение и помещение под днищем танка для боеприпасов соединялись подземным ходом с подвалом ближайшего здания.

Фортификационные сооружения с танко­выми башнями и танками (ТОТ), возведенные в Германии и СССР до и в ходе войны, пока­зывают, что их развитие и реализация велись одновременно и не отличались в целом кон­структивными и объемно-планировочными решениями. Это было обусловлено жесткими требованиями войны, которая требовала про­стых, экономичных и сравнительно быстро реализуемых эффективных средств обороны.

В ходе Великой Отечественной войны Ин­женерный комитет развернул большую работу по переоборудованию под стационарные уста­новки бронебашен трофейных (T-IV, T-V, T-VI) и отечественных танков (KB, Т-34 и Т-70). Эти работы продолжались и после войны. Иссле­дования проводились в НИИИ на его опытных площадках. На Опытном экспериментальном заводе инженерного вооружения в Нахабино из­готовили опытные и серийные образцы перео­борудованных отечественных танковых башен.

Экспериментальные исследования вклю­чали разработку способов креплений танковых башен к стационарному основанию, проверку прочности крепления при воздействии ударов и взрывов снарядов, а также создание средств вентиляции бронебашен и гильзоотведения в условиях интенсивной стрельбы. В Нахабино на площадке №4 возвели макет батареи из трех танковых башен (две были вооружены 85-мм и 76-мм орудиями, а одна — пулеметом СГ). Кон­струкции креплений бронебашен и оснований испытывались на подрыв артиллерийских сна­рядов калибра до 203 мм включительно.

Что касается вопросов внутреннего обо­рудования, то их решение оказалось более сложным и длительным. В Нахабино и на ИАПе потребовалось возвести и полностью оборудо­вать опытные сооружений с башнями KB и Т-34 и провести ряд испытаний с боевыми стрель­бами, В результате были отработаны нормы воздухоподач средств и систем вентиляции. В дальнейшем система внутреннего оборудова­ния была проверена на войсковых испытаниях в одном из укрепленных районов (УР) ЗакВО.

В числе основных типов башен, нашедших практическое применение в УPax в военное и послевоенное время, были бронебашни танков Т-34 и KB, которые получили после принятий их на вооружение наименование ПТ-Т-34 (1946 г.) и ПТ-КВ (1947 г.} соответственно.

Танковые бронебашни предназначались для вооружения ДФС военного времени, возво­дившихся в системе противотанковой обороны УР. Проектирование осуществлялось в ЦПИИ СВ. Основными руководителями были инженер С.Ф. Гильберт и Г.А. Мелик-Парсаданов, непосредственное участие в разработке танковых бронебашенных установок приняли А.Ф. Кравцев, И.Н. Касаткин, Н.М. Родионов, В.И. Нико­нов и другие.

Бронебашенная установка ПТ-Т-34 для ДФС УР была вооружена 76,2-мм танковой пушкой с оптическим телескопическим прице­лом ТМФД-7 с 4-кратным увеличением и полем зрения 16 градусов. Она обеспечивала углы обстрела в горизонтальной плоскости 360 градусов и в верти­кальной плоскости — +18 градусов, - 3 градуса. Наблюдение из бронебашни осуществлялось через прицел и перископ ПТ-4-7 двукратного увеличения с полем зрения 26 градусов. Бронебашня гарантировала за­щиту от прямого попадание 76,2-мм бронебой­ного снаряда, а само сооружение — от 162-мм осколочно-фугасной гранаты. Боевой расчет (гарнизон) — 5 человек. Вес бронебашни со­ставлял 10 т.

Бронебашенная установка ПТ-КВ оснащалась 76,2-мм пушкой обр. 1940 г (или ЗИС-5), спаренной с пулеметом ДТ, с оптическим теле­скопическим прицелом ТМФД-7 с 2-кратным увеличением и полем зрения 15 градусов. Установка обеспечивала углы обстрела в горизонтальной плоскости 360 градусов и в вертикальной плоскости — +14 градусов, -3 градуса. Наблюдение из бронебашни осу­ществлялось через прицел и перископ ПТ-4-7 двукратного увеличения с полем зрения 26 градусов. Бронебашня обеспечивала защиту от прямого попадания 76,2-мм бронебойного снаряда, а сооружение — от 152-мм осколочно-фугасной граниты. Боевой расчет (гарнизон) — 5 чело­век. Вес бронебашни достигал 13,3 т.

Выполненные проекты типового сооруже­ния с конструктивным решением из сборных железобетонных элементов для танковых ба­шен ПТ-Т-34 и ПТ-КВ были приняты базовыми для заблаговременного оборудования приграничной полосы и вошли в руководства и наставления Инженерных войск.

Следует отметить, что заблаговременная инженерная подготовка ТВД в первые послевоенные годы сопровождалась решением це­лого ряда весьма важных проблем. Значитель­ное место отводилось фортификационному оборудованию местности, типам и конструк­циям сооружений, их боевому и внутреннему оборудованию. Исходя из опыта оборонитель­ного строительства во время Великой Отече­ственной войны, были определены задачи, относящиеся к разработке новых типов ДФС, в том числе и бронебашенных установок. Основное внимание уделялось следующим направлениям:

  • разработке специальных бронебашен для вооружения ДФС УР более мощными артил­лерийскими системами (100, 122, 130 мм) для борьбы с тяжелой бронетанковой техникой;
  • созданию стационарной установки для ДФС УР и тыловых рубежей танковых башен со штатным вооружением (от послевоенных тан­ков, принятых на вооружение);
  • проектированию бронебашен скрываю­щегося типа, оборудованных несложной, но быстродействующей системой подъемных ме­ханизмов.

С появлением атомного оружия возник­ли новые вопросы, связанные с разработкой средств фортификационного обеспечения. Однако их решение отвлекало внимание и силы от задач долговременной фортифика­ции. Из намеченных к разработке бронебашен на вооружение были приняты только установ­ки типа АДФС и БАУ, причем последняя еще дорабатывалась.

Артиллерийская бронебашенная установ­ка типа АДФС предназначалась для вооруже­ния ДФС УР как средство борьбы с тяжелыми танками и САУ противника. Ее проектирование велось в ЦПИИ СВ в 1949-1953 гг. Ведущими инженерами были С.Г. Гильберт и А.Д. Дени­сенко. Установка создавалась с использовани­ем танков ИС-3 и ИС-4

Опытные образцы АДФС были изготовле­ны Кировским заводом (г. Челябинск). Испы­тания проводились на полигонной базе ИАП, где смонтировали две бронебашни на опытных ДФС. Оба сооружения успешно прошли ис­пытания, после которых были отремонтирова­ны и приведены в боевое состояние. В 1953 г АДФС приняли на вооружение. Два последних образца таких установок в 2011—2012 гг были демонтированы с площадки №4 в Нахабино.

Бронебашенная установка АДФС была во­оружена 122-мм пушкой Д-25-Т и 12,7-мм пу­леметом ДШК с оптическим телескопическим прицелом ТШ-2-21 с 4-кратным увеличением и полем зрения 16 градусов. Она обеспечивала углы об­стрела в горизонтальной плоскости — 360 градусов и в вертикальной плоскости — +18, -3 градуса. Наблюде­ние из бронебашни осуществлялось через при­цел и перископ ТПК и танковую панораму МК-4.

Бронебашня обеспечивала защиту от прямого попадания 122-мм бронебойного снаряда, сооружение — от 152-мм осколочно-фугасной гранаты. Боевой расчет (гарнизон) — 3 человека. Вес бронебашни составлял 24 т.

Окончанием третьего периода в развитии ДФС УР следует считать 1954—1955 гг,. так как, в основном, были решены общие задачи, от­носящиеся к разработке новых типов ДФС, в том числе и бронебашенных, броневых артил­лерийских и пулеметных установок (ПТ-Т-34, ПТ-КВ, 85-мм казематная пушка Зиф-26 обр. 1948 г, 100-мм казематная пушка ЗиФ-25 обр. 1948 г., АДФС, БУК и др.).

К этому времени сооружения УРов посте­пенно начали переводить в режим консервации. В 1954 г. значительно сократили штаты УРов, а позднее гарнизоны укрепленных районов и вовсе расформировали. Для охраны и техни­ческого обслуживания боеготовых УРов были созданы комендатуры тыловых рубежей обороны (которые по распоряжению Генерального штаба впоследствии также упразднили. Оборо­нительное строительство и эксплуатация УРов, в основном, прекратились. Такое положение продолжалось до середины 1960-х гг.

В мае 1955 г. был создан Варшавский До­говор европейских государств (Болгария, Вен­грии, ГДР, Польша, Румыния, СССР и Чехосло­вакия) для обеспечения мира и безопасности в Европе, о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Эти государства имели на вооружении трофейные немецкие танки и танки СССР периода войны. С поставкой в вооруженные силы этих стран новых машин (Т-54/55) старые модели также стали использовать при форти­фикационном оборудовании границ.

 

ОСОБЫЙ ПЕРИОД

В августе 1955 г СССР объявил об одно­стороннем сокращении своих вооруженных сил на 640 тыс. чел., а в мае 1956 г. — еще на 1,2 млн. чел. Уже в 1956 г. советской стороной было заявлено о переходе от массового приме­нения войск к ракетно-ядерному противостоя­нию. С появлением ядерного оружия фортифи­кационные сооружения укрепленных районов уже не соответствовали требованиям защиты от его поражающих факторов

Опытное железобетонное сооружение

Опытное железобетонное сооружение "Форт" с башней танка Т-54

В это время основные усилия были на­правлены на разработку фортификационных сооружений для оперативно-тактического ракетно-ядерного вооружения, как полевого так и заблаговременного типов. Появилось и отдельное направление — специальные фортификационные сооружения оперативно-стратегического назначения,

Однако уже с лета 1960 г. на советско-китайской границе стали возникать инциденты, которые постепенно приобретали все более провокационный характер. Только в 1962 г. на границе было зарегистрировано более 5 тыс. нарушений режима границы. В октябре 1964 г. КНР произвела первое испытание атомной бомбы, причем официально было заявлено, что это сделано «...во имя защиты суверенитета, против угроз США и великодержавности СССР». В 1965 г вдоль границы со своей сторо­ны Китай создал 200-километровую запретную зону и продолжал наращивать группировку сил и средств.

Советское военное руководство приняло решение восстановить оборонительные пози­ции в Забайкалье и на Дальнем Востоке — на­чался особый период восстановления и при­ведения в боеготовность УРов, создавалась инженерная инфраструктура приграничной по­лосы материковой и островной части государ­ственной границы.

В марте 1966 г в ЗабВО были сформи­рованы 97-й (Забайкальск и Даурия) и 114-й (ст. «Шерловая Гора») укрепленные районы, Каж­дый из них включал пулеметно-артиллерийский батальон,  артиллерийский  дивизион,   реактивную батарею и четыре танковых батальона (Т-34-85, ИС-2, ИС-3 и ИС-4).

К следующему году численность китайских войск в приграничных с СССР и МНР районах достигла 400 тыс. человек (увеличилась на 22 дивизии). В Маньчжурии была создана мощ­ная военная инфраструктура (инженерные заграждения, подземные убежища, дороги и аэродромы). В декабре 1967 — январе 1968 г. произошел вооруженный инцидент на остро­ве Киркинский на реке Уссури. Весна 1969 г. ознаменовалась вооруженным столкновением с Китаем на острове Даманский на реке Уссу­ри . В апреле этого же года состоялся IX съезд ЦК КПК. который выдвинул курс на «непре­рывную революцию» и подготовку к войне. Советский Союз был возведен в статус врага. В обиходе появился термин «угроза с Севера», а летом произошел конфликт в районе озера Жаланашколь (Казахстан). Не вызывало сомне­ний, что Китай готовится к войне.

Советский Союз в срочном порядке про­вел передислокацию отдельных соединений и частей Вооруженных Сил из западных и цен­тральных районов страны в Забайкалье и на Дальний Восток. В соответствии с директивой Генерального штаба ВС СССР началось вос­становление законсервированных укрепрайо­нов по всей советско-китайской границе. Тогда укрепленные районы по своему составу были полковыми и бригадными с полосой обороны от 10 до 100 км — в зависимости от количества батальонов.

В инженерных управлениях ЗабВО и ДБО оборонительное строительство возлагалось на проектно-монтажные группы укрепленных районов (ПМГ УР). Существующие и разо­руженные ДФС УР (типа М, Б, ПДОТ, ОПДОТ) приспосабливали для ведения огня из штат­ных, пулеметов. Расконсервированные соо­ружения с артиллерийскими казематными установками переводились в режим боевого дежурства. Для боевого охранения обору­довались позиции дежурных подразделений в составе взводов с танками ИС-3, ИС-4. ко­торые размещались, как правило, в укрытиях котлованного типа.

В этот же период в ВИА им. В.В. Куйбышева и 15 ЦНИИИ ИВ МО подготовили и издали ре­комендации для войск по инженерному обору­дованию полосы прикрытия государственной границы. Опытно-конструкторское бюро Ин­женерных войск Советской Армии выполнило рабочую документацию на сборные железобе­тонные пулеметные сооружения типа СПС, на сооружения с башнями танков Т-44М, Т-54/55 и ИС, сооружения для пунктов управления и защиты личного состава из комплектов УСБ и СБК. На операционных направлениях госгра­ницы активно проводились мероприятия по укреплению полос обороны общевойсковых и танковых соединений. Вдоль границы заблаговременяо оборудовались батальонные районы обороны, основу которых составляли сборные железобетонные пулеметные соору­жения СПС-1, СПС-2, СПС-3 и СПС-4. Для создания системы артиллерийского и противо­танкового огня в укрепленных районах возво­дились сооружения с танковыми башнями в со­ставе взводов (ВТБ) и сооружений с танковыми неподвижными огневыми точками в составе рот (РТОТ).

Для обороны подступов к Владивостоку с суши в составе Тихоокеанского флота был об­разован Владивостокский оборонительный район, в котором сформировали УР №1 (Артемовский сектор береговой обороны) с ро­той танковых огневых точек (РТОТ). В ЗабВО (г. Краснокаменск Читинской области) сфор­мировали 363-й пулеметно-артиллерийский полк (пулап), насчитывавший шесть батальо­нов НТОТ.

Сооружение с танком ИС-4

Сооружение с танком ИС-4

В феврале 1979 г на советско-китайской границе вновь повысилась напряженность — причиной стала война между Китаем и Вьет­намом. В Чите было создано Главное командо­вание войск Дальнего Востока, объединившее войска ЗабВО и ДВО с оперативным подчине­нием Тихоокеанского флота. В этот же период времени основные усилия войск были направ­лены на инженерную подготовку приграничной полосы. Продолжилось создание батальонных районов обороны, возводились сооружения из номенклатуры сборных железобетонных элементов БКУ с танковыми башнями Т-44М (Т-54/55). Посадку сооружений взводов тан­ковых башен производили, как правило, на переднем крае, с возможностью ведения огня как из отдельного сооружения, так и по-батарейно На каждое сооружение составлялась карточка огня с указанием ориентиров, основного и бо­кового секторов.

В конце 1970-х — начале 1980-х гг., раз­вернулось оборонительное строительство на территориях Южно-Курильского и Курильского административных районов Сахалинской об­ласти, островов Кунашир, Итуруп, Шикотан, Хабомаи и так называемой «Малой Куриль­ской гряды». На Курилах был сформирован укрепленный район в составе 18-й пулеметно-артиллерийской дивизии (пулад). Его основой являлись пулеметно-артиллерийские полки, состоящие из батальонов, рот танковых огне­вых точек (РТОТ) и взводов танковых башен (ВТБ). Taк, в пос. Горный расквартировали штаб 601-го пулеметно-артиллерийского полка, 2-й пулеметно-артиллерийский батальон (пулаб) которого располагался возле посел­ка Китовый, В состав полка также входили четыре роты танковых огневых точек (РТОТ по десять танков ИС-3 или ИС-2) и 12 взво­дов танковых башен (по шесть во взводе). На о. Кунашир расквартировался 46-й пулеметно-артиллерийский полк, на о. Итуруп — 49-й пулеметно-артиллерийский полк.

На островной части танковые башни возводились для прикрытия входов бухт и подступов к ним на десантнодоступных на­правлениях. Ежесуточно на батарее назна­чался дежурный расчет. Боеготовность двух башенных орудий должна была достигаться в течение 5 минут остальных — 15 мин. При каж­дом сооружении оборудовалась траншея со стрелковыми ячейками для мотострелковых подразделений.

Боекомплект орудия состоял из двух бое­комплектов танка (80 снарядов). Основной боекомплект размещался в подбашенном по­мещении, а подача снарядов производилась через люк между подбашенным и башенным помещениями.

Схема построения взвода танковых башен

Схема построения взвода танковых башен

Электроснабжение осуществлялось от аккумуляторных батарей 6СТЭН-140 (12 шт). Основные энергопотребители — поворотный механизм, электроспуск, вентилятор башни и средства связи. Подача электроэнергии из под­башенного помещения производилась через вращающееся контактное устройство (ВКУ). На взвод танковых башен предполагалось иметь укрытие для дизельной электростанции, но этот проект не был реализован.

С целью защиты от отравления пороховыми газами на крыше башни монтировался фланец с патрубками для присоединения полумасок ПФС, а для создания подпора в подбашенном помещении предназначался электроручной вентилятор ЭРВ-49 или ФВА 100/50, который запитывался от внешней электросети. Стреля­ные гильзы предусматривалось удалять в под­башенное помещение через люк.

Строительство сооружений с танковыми башнями и танками велось силами войск. Поставка железобетонных, металлических конструкций производилась промышленны­ми предприятиями строительного округа и силами войск округа, в зависимости от уда­ления места возведения. Если на материко­вой части этот вопрос решался относительно просто, то для островной части (Курилы) он был затруднен. Это было вызвано задержкой при в исполнении заказа предприятиями, так как они в первую очередь выпускали конструкции для строительства жилья, что приводило к нарушению сроков изготовлении и доставки их в порт перегрузки, а с учетом короткого срока навигации — на островную часть к ме­сту возведения, так как конструкции необхо­димо было перегрузить в зафрахтованное у Морского флота судно в определенный срок. Затем судно приходило в порт рейдовой разгрузки для доставки конструкций на берег. При этом в основном использовались плавсредства войск. Далее конструкции развози­лись по местам, и производилась их сборка, т.е. строительство. Аналогично осуществля­лась доставка строительных материалов и оборудования.

До транспортировки конструкций в район строительства прибывала часть инженерно-саперного батальона для организации полевого городка и приемки грузов, проведения рекогносцировки посадки и привязки возводимых сооружений на местности.

«Проще было при доставке танко­вых башен, - вспоминает начальник проектно-монтажной группы ДВО пол­ковник В.И. Патяка — Через ВМФ за­гружался большой десантный корабль, и на нем они доставлялись к месту рейдовой разгрузки. После этого их СДБ «Танкист» доставлял на берег. Это было не простое мероприятие, так как сказывалось волнение моря. Был случай при перегрузке, «Танкист» ударил в поддон башни, и одна башня упала в море, где глубина более 100м, и притом сильное течение, Так, что баш­ня до сих пор находится на дне моря».

Типовое фортификационное сооружение с танком ИС-4

Типовое фортификационное сооружение с танком ИС-4

По завершению строительства командую­щий войсками военного округа назначал комиссию по приемке сооружений в эксплуата­цию. При этом проводились испытания башен на откат. Осуществлялось по десять гидравли­ческих выстрелов из орудия, проверялся откат и состояние строительных конструкций и др. Затем производилась топографическая при­вязка каждого сооружения к местности.

Одновременно с возведением сооружений с танковыми башнями было принято решение о применении тяжелых танков ИС-2, ИС-З, Т-10 и др. в качестве НТОТ, сведенных в роту танковых огневых точек. РТОТ располагались, как прави­ло, в глубине обороны, и их построение было, в основном, линейным. Это было вызвано при­менением РТОТ в качестве артиллерийского дивизиона с учетом огневых возможностей для нанесения сосредоточенного огня.

Для оборудования РТОТ использовались танки ИС-2, ИС-3, ИС-4 и Т-10, находящиеся на ходу. Так, на острова Большой Уссурий­ский и Тарабаров танки пришли своим ходом через реку Амур, а на Курилы их доставляли с помощью десантных кораблей. Установка танков производилась в подготовленные око­пы. Затем с них демонтировали всю ходовую часть и двигатель, а освободившийся объем отводили под боеприпасы. Между танками оборудовались погребки для боеприпасов. На материковой части ТВД для этой цели использовали железобетонные элементы соо­ружений СБК.

Для обеспечения стрельбы ночью прово­дились испытания систем реактивного запуска осветительных снарядов, которые могли мон­тироваться на люках танков и фортификацион­ных сооружениях,

В начале 1980-х гг. 15 ЦНИИИ ИФ МО и 1 ПФБ ИВ завершили разработку комплекта унифицированных железобетонных элементов для заблаговременного оборудования районов обороны и полосы прикрытия границы, кото­рый был принят на вооружение. В номенклатуру вошли новые типовые сооружения с башнями танков Т-34, Т-44М, Т-54/55 и ИС из унифици­рованных железобетонных элементов УЭ. В это же время завершилась НИР по модернизации и совершенствованию ДФС УР. В результате для войск были подготовлены рекомендации по модернизации, приспособлению, приведе­нию ДФС УР в боевую готовность.

Новые типовые сооружения с танковой башней и танком были унифицированы по не­сущей сборной железобетонной конструкции. Они удовлетворяли требованиям по установке и применению всех существующих типов тан­ковых башен и танков, выпускаемых в этот осо­бый период.

Базовым стало считаться сооружение с башней танка Т-55 (Т-44М), которое было раз­работано для оборудования позиций войск в укрепленных районах и предназначалось для ведения кругового артиллерийского огня при углах возвышения +20 град. и склонения -5 град., защиты гарнизона и создания необходимых условий его работы и отдыха. Боекомплект сооружения составлял 180 выстрелов.

Были предложены различные ва­рианты объемно-планировочных реше­ний сооружения из унифицированных железобетонных элементов с танко­вой башней для различных физико-географических условий местности. В комплект такого сооружения входили: железобетонные элементы, башня танка Т-55 с подбашенным листом (для каждой танковой башни свой подбашенный лист), электрооборудование, стеллаж на четыре магазина, коробки к пулемету, металлическая защитно-герметическая дверь ДЗГМ-60х130-3, герметические двери ДГМ, люк защитно-герметический ЛЗГ 60-0.5М, под­весные нары, фильтровентиляционный агрегат ФВА-100/50, электроручной вентилятор ЭРВ-49, вентиляционные защитные устройства ВЗУ-100Г, дроссельная заслонка, полевая обо­гревательная печь ОПП (МОП-6).

Несущая конструкция сооружения для тан­ковой башни состояла из сборных унифици­рованных железобетонных элементов (плит и рам) и специальных элементов для установки башни танка. Остов подбашенных помещений и входная часть сооружения собирались из же­лезобетонных рам и плит. Элементы остова со­единялись между собой с помощью монтажных деталей, привариваемых к закладным деталям железобетонных элементов.

Подбашенное помещение устраивалось из специальных железобетонных элементов ЭБ-1, которые снаружи замоноличивалось бетоном.

Защитный и противопыльный тюфяки сооружения устраивали из бутобетона или железобетонных плит. Устройство противопыльного тюфяка предусматривалось только в основном секторе стрельбы танковой башни и выполнялось после окончания работ по мон­тажу внутреннего оборудования, связанных с устройством вводов и дымоходов. В процессе устройства тюфяков в них устанавливались закладные для крепления маски ствола орудия. Защита башни от прямого попадания снаря­дов обеспечивалась барбетом вокруг нее.

Для обеспечения боевой работы в сооруже­нии предусматривались: люк для сброса гильз, люк для подачи выстрелов, секции, держателей выстрелов с подставками под выстрелы (для размещения выстрелов в башенном помеще­нии), секции стеллажей и подставки-стеллажи под выстрелы (для размещения выстрелов в подбашенных помещениях), стеллажи на четы­ре магазина-коробки к пулемету (из комплекта башни танка), подставка и приставка под ВКУ, металлическая лестница.

Вентиляция и подпор в укрытии для расчета обеспечивались табельным фильтровентиляционным агрегатом ФВА-100/50, в остальных помещениях — вентилятором танковой башни и ручным вентилятором ЭРВ-49.

Электроснабжение сооружения осуществля­лось от внешней сети напряжением 380/220 В. Установленная мощность электроэнергии составляла: на освещение — 0,3 кВт, на вентиля­цию - 0,52 кВт.

В качестве дополнительного источника электроснабжения служил бензоэлектрический агрегат ДБ-1-П/30, предназначенный для питания потребителей танковой башни, заряд­ки аккумуляторных батарей и электроосвеще­ния сооружения, привода фильтровентиляционного агрегата ФВА-100/50 и электроручного вентилятора ЭРВ-40.

Расчет в полумасках ПФС в готовности к стрельбе

Расчет в полумасках ПФС в готовности к стрельбе

В распоряжении гарнизона имелись двухъярусные нары, тумбочка, табуреты и пирамида для оружия.

Отопление было запроектировано с ис­пользованием табельной полевой обогревательной печи ОПП, которая обеспечивала пе­риод натопа для средних условий 12—14 ч.

Водоснабжение в сооружении основыва­лось на привозной воде; питьевая вода хранилась в баке емкостью 40 л. Канализация в сооружении не предусматривалась.

Сооружение с танком ИС-2 (3,4) из унифи­цированных железобетонных элементов было разработано с меньшими объемом железобе­тона и временем возведения.

В 1982 г. в китайско-российских отно­шениях наметилась определенная разрядка Состоявшиеся 18 мая 1989 г. переговоры на высшем уровне с китайскими руководителя­ми и подписанное советско-китайское ком­мюнике официально подтвердили нормали­зацию советско-китайских отношений и по­ложили начало качественно новому этапу их развития. «Закрыть прошлое, открыть будущее», — так определил Дэн Сяопин цель этой первой после длительного перерыва встречи на высшем уровне. Особый период оборонительного строительства в полосе прикрытия государственной границы на Дальнем Вос­токе завершился,

К этому времени пик оборонительного строительства и восстановления УРов уже спал. С появлением высокоточного оружия со­оружения с танковыми башнями и танками начали терять свою боевую «привлекательность». В 1984 г был принят комплект унифицирован­ных железобетонных сооружений УФС раз­личного назначения для заблаговременного фортификационного оборудования УР — всего десять типов сооружений. В комплект входили, в частности, следующие сооружения:

  • УФС-4 — унифицированное фортификаци­онное сооружение с закрытием скрывающим­ся металлическим ЗСМ-1 для ведения огня из ПТРК «Малютка», «Фагот», «Конкурс». Пред-назначалось для фортификационного обору­дования УР и батальонных районов обороны в полосе прикрытия государственной границы. Это сооружение (время возведения 6—12 ч) по эффективности противотанкового огня было выше, чем сооружения с танковой башней и танком. Это достигалось малыми размерами ЗСМ-1, скрыванием в ходе боя и использова­нием управляемого снаряда ПТРК;
  • УФС-4 с ЗСМ-2 служило для ведения огня из СПГ-9;
  • УФС-4 с ЗСМ-3 предназначалось для ве­дения огни из пулеметов ПК или HCB-12,7 или АГС-17;
  • УФС-5 — унифицированное фортифи­кационное сооружение с танковой башней и танком;
  • УФС-7 — унифицированное фортификаци­онное сооружение для наблюдения и управления огнем.

Сооружения УФС-4 с ЗСМ-1, ЗСМ-2 и ЗСМ-3 стали составлять основу фортификационного оборудования батальонных райо­нов и районов обороны отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов (опулаб) УРов. Однако совершенствование фортификацион­ных сооружений продолжилось. В настоящее время имеются новые и перспективные об­разцы, которые в полной мере отвечают со­временной концепции ведения боевых дей­ствий, но их описание уже выходит за рамки данной статьи.

Можно сказать, что особый период харак­теризовался максимальным применением тан­ковых башен и танков при организации и фор­мировании новых, а также при восстановлении (модернизации) существующих УРов. На этом этапе использовался в основном весь остав­шийся запас военного и послевоенного (до 1956 г) выпуска танков типов Т-34-76, Т-34-85, Т-44, Т-44М, KB, ИС-1, ИС-2, ИС-3, ИС-4, Т-10,

 

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Что же все-таки объединяет все эти перио­ды применения сооружений с башнями танков и танками при организации оборонительных рубежей, полос, позиций и районов? Затраты на оборонительное строительство во всех слу­чаях, за исключением периода Великой Отече­ственной войны (конец 1941 и 1943 гг) в целом себя не оправдали и винить здесь особо некого. А спрашивать надо за то, что мощнейшая полоса укрепленных районов вдоль восточной границы оказалась брошенной (как, впрочем, и все УРы в России). А это миллионы кубометров железобетона — материала, который может эксплуатироваться сотни лет, как крепости и форты XVII и XVIII вв., выполненные из камня.

Настораживает ненужность бывших УРов и их составляющих фортификационных соору­жений. Не стоит забывать, что укрепленные районы создавали с учетом защиты важных стратегических, оперативных и тактических на­правлений России. Они всегда являлись пере­довым эшелоном обороны при внезапном раз­вязывании войны, сдерживающим фактором в случае любых проявлений агрессии со стороны недружелюбных соседей. К сожалению, в со­временных условиях историю часто забывают или не учитывают вовсе.

Представляется необходимым разрабо­тать долговременную концепция стратегического развития инфраструктуры приграничной полосы, в которой должно быть предусмотрено место и, если можно так выразиться, «истори­ческим фортификационным артефактам» при­крытия государственной границы.

(В.Н. Заговеньев, «Техника и вооружение»)

Факт

В 1945 г. американцы не имели бомбардировщиков, способных нести атомные бомбы. Для этих целей было переоборудовано 15 тяжелых бомбардировщиков B-29, при этом с них пришлось снять все бронирование и оборонительное вооружение...

Понравился материал? Поддержите наш сайт!

Вам есть, что добавить? Оставляйте комментарии!

Введите символы:
Captcha
  
 
 
 
Танковый ас Виттман Первая мировая Лейбштандарт СС Противотанковые средства Первая САУ Стрелковое оружие Берлинский гарнизон Торпедоносцы Винтовки Второй мировой Малыш и Толстяк Хиросима Вторая мировая
 

Вход

Логин:
Пароль:

Регистрация

Закрыть
Логин:
Email:
Пароль:
Повтор пароля:
Введите символы:

Captcha